without

(no subject)

Элис невероятная, нереальная какая-то. И в то же время настолько естественная. Самый естественный человек из всех, кого я знаю. Она говорит, что у нее уже нет времени на то, чтобы притворяться или общаться с людьми, с которыми ей не хочется общаться. Может быть, это делает ее категоричной. Но ничуть не менее потрясающей.
По вечерам мы пьем чай на кухне, кутаемся в кофты, потому что ночи уже холодные. Слово за слово - и нас троих разбирает истерический смех, мы расползаемся, скорчившись, по разным углам, кто-то выбегает на улицу, потому что кажется, что кухня слишком маленькая, чтобы вместить весь смех сразу.
Потом мы успокаиваемся. По полке пробегает крохотная мышка. Мы кипятим еще одну кастрюлю воды для чая.
Каждое предыдущее утро похоже на следующее, то же самое и с вечерами. И это настолько прекрасно, это просто невыносимо прекрасно. Это приносит столько счастья, что даже немножко страшно - а как жить, когда это закончится?
Мы стоим на платформе, ждем поезд, и тут Элис подходит ко мне сзади и обнимает. И мы стоим так, молчим. Говорить в этот момент ничего не нужно.
Уже в Москве я получаю от нее письмо, где она пишет про то, как она ко мне относится, и это такие слова, которым я даже не могу сразу поверить - что это про меня, обо мне. Я читаю и плачу.
Эта поездка была для меня почти целиком про Элис. Как же я скучаю, вы бы знали.
without

(no subject)

Конечно же, в детстве я не знала, что именно эти моменты запомнятся мне как одни из самых счастливых. Я просыпалась в летней комнате на Клязьме и сквозь дрему слышала голоса, которые лишь слегка заглушались тонкими стенками комнаты. Это был обычный утренний гул, в кухне слева садились завтракать, холодильник то открывался, то закрывался; справа, наверное, мыли посуду - журчала вода и слышалось звяканье тарелок. Кто-то просто был во дворе. Все разговаривали друг с другом, обсуждали какие-нибудь обычные дела. Часто я вылезала из кровати позже всех, когда утро уже переходило в день. Под спокойный разговор сразу нескольких семей так хорошо дремалось.
Как бы я хотела, чтобы это повторялось каждое лето. И чтобы среди этих голосов не умолкал ни один.
На самом деле я осознала это только сегодня. Когда я проснулась в летней комнате на Клязьме, а голосов не было.
without

(no subject)

Как же меня заебали соцсети - сплошные шеры и перепосты, а вот хорошие люди сдают квартиру, а вот этот классный чувак ищет работу, а вот эти вот вообще охуели - смотрите ролик.. Никого больше не интересуют мысли. Чем взрослее мы становимся, тем больше мы закрываемся, мне так жаль.
Мой любимый момент в автошкольных поездках по городу - это его "переключайся на четвертую, добавь газу". В такие минуты я еду (а по моим ощущениям я просто несусь) по дороге и не думаю о всей той хуйне, которая творится в моей голове и жизни.
without

(no subject)

вообще-то, я должна была писать этот пост, нежась под эйлатским солнцем на берегу Красного моря, но по иронии судьбы пишу его из Москвы. с декабря со мной происходят странные вещи: накануне отмечания своего дня рождения (а я хотела отметить его шумно и весело) я попала в больницу. всё началось с какой-то фигни на руке, на которую я даже не обращала внимания, а закончилось общим наркозом, десятью днями в больнице и уродским шрамом, который затягивался долго и мучительно, и сейчас очень далек от бледного и незаметного. день рождения я решила отменить, потому что уже не было ни времени, ни настроения. на носу был новый год, к которому я очень хотела подготовиться заранее, наделать кучу украшений для дома своими руками, посетить все московские ярмарки и проникнуться духом. настроение после выписки было неожиданно ужасным, я ходила по квартире как неприкаянная, не могла ничего делать по дому, потому что поднять что-то, тяжелее тарелки, у меня пока не получалось, а главное - после десяти дней в замкнутом пространстве с чужими людьми, уколами, невкусной едой и злыми санитарками я почему-то чувствовала себя в своем доме и в своей родной любимой семье какой-то потерянной. это продолжалось пару дней, после чего я решила, что беру себя в руки и мы с Верксом едем на Seasons, которая, по моему представлению, должна была стать лучшей новогодней ярмаркой в Москве. я уже шла к метро, когда мне позвонила мама и сказала, что умер дядя Б. это было настолько нереально и неожиданно, что я даже не заплакала, а поехала на маникюр, как и собиралась, и уже когда пришло время ехать на ярмарку, я поняла, что просто не могу. предновогодние дни совершенно выпали у меня из памяти - я помню только похороны (первые в моей жизни), слезы других, но почему-то не мои, хотя все эти дни они стояли у меня в горле, поминки 30 декабря, поспешную покупку елки и скомканный новый год.
примерно тогда же я приняла окончательное решение об уходе из "пирожков", и, поскольку передо мной не стояла задача найти новую работу здесь и сейчас, я решила для начала выспаться, а потом устроить своему организму перезагрузку - пойти на спорт и, если получится, ненадолго куда-нибудь съездить. и тут у меня началась бессонница. я могла пролежать всю ночь с открытыми глазами, а потом, ближе к вечеру, меня охватывало отчаяние от мысли, что снова приближается ночь. а пресловутые слезы так и не хотели прорываться наружу. я чувствовала себя настолько истощенной и несчастной, что написала письмо своему бывшему врачу с просьбой посоветовать мне хоть какие-нибудь таблетки. и уж не знаю, было ли дело в таблетках или нет, но в какой-то момент бессонница просто закончилась, как будто ее и не было. мы тут же пошли на спорт и после нескольких тренировок я, наконец, почувствовала себя счастливой и окрыленной. всё вдруг стало как-то резко налаживаться, я оглядывалась назад и понимала, что я почти два месяца провела в вялотекущей депрессии, и как здорово было вернуться в жизнь. и на той же неделе мы с Аленой купили тур в Эйлат. я должна была улететь вчера, но у нас заболел Джой, и я осталась, потеряв и деньги за поездку, и мечты о неделе на море, ну да и бог с ними уже, главное, что кот повеселел и идет на поправку. сейчас распорядок нашего дня выглядит так: с 9 до 15 каждый час мы с Верксом даем коту лекарства, отвары и делаем уколы. дальше наступает двухчасовой перерыв, во время которого Веркс выходит из дома выпить кофе, а я остаюсь дома и слежу за Джоем. потом он возвращается и всё то же самое продолжается до 8 часов вечера, после чего мы можем вздохнуть свободно и выйти на пару часов куда-нибудь прогуляться и встретиться с кем-нибудь, а в полночь и в час снова лекарства и укол. я наконец-то плачу, от души и по несколько раз в день - когда вспоминаю, как мы возили его в ветеринарку и держали вдвоем, пока ему делали узи, или когда ему больно от укола или неприятно от лекарства, или когда я вдруг начинаю жалеть себя, потому что я сейчас здесь, а не там.
всё это наводит меня на мысли, что жизнь очень настойчиво хочет что-то мне показать. остается лишь понять, что, принять это и снова стать счастливой.
without

(no subject)

В последние несколько лет я стала чаще избегать наших больших татарских застолий. Мне казалось - слишком много народа, слишком шумно, слишком громко и не всегда интересно. Теперь, когда одного из нас не стало, во мне словно открылось что-то, и я вдруг поняла - даже не поняла - почувствовала, что они все - моя семья, и меня словно магнитом потянуло ко всем этим людям. Есть в этом и что-то эгоистичное, ведь пока они со мной, а я с ними, я словно урываю себе кусочки детства, когда ничего не менялось и именно в этом было и есть счастье - те же кружки, что и двадцать лет назад, обязательно нарвать во дворе листья черной смородины и добавить их в чай, речку по-прежнему можно перейти вброд, а после стоять под ледяным душем и чувствовать себя самым живым и сильным человеком на свете.

Эта зима вдруг стала мне нравиться. Моя сестра теперь живет ровно в четырех минутах ходьбы от нас и - это опять же к разговору о семейственности - мне кажется, я никогда еще не чувствовала между нами такую близость, как сейчас. Мне вдруг хочется расплакаться от сентиментальности, когда я по дороге к метро захожу к ним с К. и заношу консервный нож, а они дают нам весы, потому что у нас нет весов, а мы хотим взвесить Джоя. Или когда мы все вчетвером идем в спортзал, который находится между нашими домами. И мне приятно осознавать, что мы не виделись два дня, а я уже соскучилась. Я вдруг снова стала ощущать неповторимость момента, я словно могу заглянуть в сегодняшние дни из будущего и увидеть, что да - рано или поздно всё поменяется, потому что всё всегда меняется, но сейчас, в этих немного тягучих солнечных зимних днях я, несомненно, счастлива.
without

(no subject)

С Крымом так всегда - мы приехали туда после удивительной Ирландии и счастливого Киева, где я потрогала Брэндона Флауерса, и в первый день мы ходили какие-то пришибленные, нигде не могли найти вкусной еды, нас бесили толпы людей вокруг и мы думали - блин, зачем мы снова сюда приехали? С Крымом так всегда - через день это уже был наш Крым, такой, каким мы его любим, такой, ради которого мы и ехали. Наши горы, наш камень, на котором можно валяться и пить вино и смотреть сверху на море, наши пляжи, где почти никого нет. И именно в Крыму нам пришла идея сделать одинаковые татуировки в годовщину нашей свадьбы - я говорю "нам", потому что мы оба не можем вспомнить, кто сказал об этом первый, но я помню, что эта идея мгновенно захватила нас, и мы карабкались по горам, распевали Battleborn и мечтали, чтобы поскорее настало 8 сентября.
Я понятия не имела, как происходит сам процесс и что бывает после, да и, скажу вам честно, для меня это охренительно смелый и странный поступок)
Татуировки нам делал очень милый и общительный парень Гера, мы все время болтали (по времени это заняло где-то по полчаса на каждую татуировку), и я замолчала только когда мне стало совсем уж больно.
И мне кажется, что невозможно было встретить этот день романтичнее)

Collapse )
without

(no subject)

Снова здравствуй, жж. Пожалуй, мне даже нравится, что тут почти никого не осталось - мне снова хочется писать сюда открыто, откровенно, на вдохе - так, как я это чувствую.
Позавчера неожиданно для себя позвала Веркса на свидание. Один романтичный план сменился другим, в обязательной части программы было какао, деревянная пристань и улица Солженицына, которую мы видели только мельком и по которой оба хотели погулять. А еще я сказала, что, раз у нас свидание, то я подарю цветы. К моему удивлению, Веркс не отказался, а наоборот подначил меня, сказав, что ему нравятся приглушенные цвета)
Мы договорились встретиться на Сретенском - нужно было зайти в Беверли Хиллз к Васе и отдать ему документы, после чего ожидалась длинная пешая прогулка. Сначала я 5 минут искала зонтик, потому что еще из дома я услышала гром, потом по дороге к метро я попала под дождь (главное было уберечь тушь и документы), а, спустившись в душный переход метро, я обнаружила, что там нет ни одного ларька с цветами. Поскольку я уже и так опаздывала, мне оставалось только написать Верксу грустную смс, что цветов нигде нет, на что я получила ответ: "Ну и какое же свидание без цветов?". И, хотя я знала, что он шутит, мне вдруг стало так обидно, что я не смогла единственный раз в жизни организовать свидание - я не нашла цветы, я опаздываю уже на 15 минут, да еще и дождь.
Я приехала на Сретенский и еще из перехода увидела, что на улице ливень стеной, позвонила тебе и ты сказал, что сейчас будешь - и тут ты появляешься - красивый, весь мокрый и с букетом прекраснейших белых пионов (откуда ты взял такие охренительные пионы в августе?)! Я в изумлении смотрю на тебя, а ты протягиваешь мне букет и говоришь: "Ну и какое же свидание без цветов?" И улыбаешься, и открываешь зонт, и мы выходим на улицу и через 20 секунд понимаем, что зонт совершенно бесполезен, потому что мы уже мокрые насквозь, вода волнами заливается в кеды, а джинсы промокли сразу до колен. И я понимаю, что хочу поцеловать тебя сейчас, посреди этой бури, когда все остальные люди прячутся под козырьками зданий, а нам уже все равно, и в этот момент ты вдруг останавливаешься и целуешь меня. И мы идем дальше, и смеемся, смеемся уже просто так - потому что весь план провалился, потому что вдруг оказалось, что промокнуть вдвоем под ливнем - это дико романтично, потому что пионы начали распускаться на глазах и потому что я вдруг почувствовала себя и нас так, как будто мы только недавно начали встречаться!
Мы ввалились в Беверли Хиллз и сели за барную стойку к прекрасному Васе, я вылила воду из кед и выжала носки, мы взяли чай и блинчики и просидели еще полтора часа, шутя, что наше свидание превратилось в свидание с Васей втроем. Вася такой добрый и открытый - он запросто начинает разговор с незнакомым человеком, он одинаково громко и искренне чему-то радуется и огорчается, и он знаком со всеми барменами в этом кафе. Я как всегда переборщила с заказом и мы поделили блинчики на троих, а потом оказалось, что дождь закончился, я снова надела ничуть не высохшие кеды, и мы вышли на улицу.
Сначала мы решили пройти пешком одну станцию метро, а дальше доехать, но на улице было так прекрасно и свежо, а у меня с собой были мои любимые маленькие бутылочки, и мы шли и шли, и было так тепло и здорово, как бывает только после летнего вечернего ливня. Мы выпили по дороге всё содержимое бутылочек, и я совсем заблудилась, потому что ты вел меня какими-то незнакомыми улицами, и вдруг мы оказались на какой-то совершенно потрясающей улице, и я конечно же сказала тебе об этом и ты ответил - конечно, это же улица Солженицына! И это было так прекрасно - что мы все-таки оказались здесь, и мы купили какао с собой в закрывающейся кофейне, потому что было уже поздно, и дошли до Таганки, а оттуда уже сели на маршрутку.
И я уже в который раз убеждаюсь, что всё самое охренительное у нас с тобой происходит именно тогда, когда планы рушатся, уступая место удивительной спонтанности. И я люблю тебя так сильно, что даже сегодня не могу перестать улыбаться.

Collapse )
without

(no subject)

Мы сидим ночью во дворе на Клязьме, пьем горячий чай и слушаем, как каждые 5 минут на землю с грохотом падает яблоко.
Все уже давно спят и мы шепчемся, так классно с тобой шептаться) Я рассказываю тебе про клязьминских мальчиков, в которых я была влюблена, и мы стараемся не ржать слишком громко, ведь все эти истории заканчивались каким-нибудь фейлом. Я показала тебе огромного паука и приготовила классный ужин, и я не знаю, как так получилось, что за 7 лет, что мы вместе, ты впервые здесь со мной ночью.